С нового года: кто сменил профессию ради вина

Если в начале года вам тоже хочется менять жизнь на 180 градусов, не будем отговаривать. Вместо этого расскажем, как бывший журналист, хоккеист, врач, инженер и диджитал-специалист бросили все, чтобы заняться… вином. И сделали это красиво!

Глава винодельни Бруно Веспа попал в мир вина через журналистику. Известный на всю Италию ведущий и интервьюер, он успел пообщаться с Михаилом Горбачевым, Саддамом Хусейном, тремя римскими папами и кем только не. В мир вина Бруно влюбился после знакомства с критиком Луиджи Веронелли: после этого долго писал о сфере, пока не решился открыть хозяйство вместе с сыновьями. Поставить работу помог ведущий энолог Италии Риккардо Котарелла — за уникальный опыт коллеги прозвали его «волшебником». Получилось действительно волшебно, ведь вина Vespa сегодня считаются эталонным примитиво Апулии: тягучими, джемовыми и пряными.

Будущий король минерального шардоне вырос в семье фермеров в Бургундии, но становиться виноделом не собирался. Конец 1960-х был сложным для сельского хозяйства, поэтому по совету отца Жан-Марк Брокар выбрал радикально другое направление — отучился на инженера и начал работать по профессии. Все изменило знакомство с будущим тестем Эмилем Пти, который держал небольшой виноградник в Шабли, обучил зятя основам ухода за лозой и привил страсть к местному терруару. В 1973 году Брокар выпустил свой первый винтаж — и теперь его вина считаются чистым каноном шабли: с яркой кислотностью, тонами белых цветов и мокрого камня.

Игорь Ларионов — суперзвезда хоккея: дважды олимпийский чемпион, трижды обладатель Кубка Стэнли, четырежды чемпион мира. В 1989 году он уехал из СССР, чтобы играть в НХЛ, но за океаном увлекся еще и вином. Хобби, может быть, и нетипичное для спортсмена, зато весьма продуктивное: теперь Igor Larionov Select Wines производят на партнерских винодельнях в США и Австралии — некоторые серии этих вин, в том числе Triple Overtime и Hattrick, высоко оценила команда Роберта Паркера. Ларионов при этом не ограничивается ролью «знаменитости на этикетке»: он регулярно участвует в рабочих сессиях, помогает формировать стилистику вин, присутствует на дегустациях и контролирует важные этапы производства.

Доктор Кристофер Роусон Пенфолд, покинув Англию в середине XIX века, привез во врачебном саквояже в Австралию не только медицинские приборы, но и черенки лозы. Поселившись с женой Мэри близ Аделаиды, он основал небольшое хозяйство, где изначально выращивал виноград для лечебных настоек. Но быстро стало ясно: местный терруар способен на гораздо большее. Так родился Penfolds, ставший одним из символов австралийского виноделия. Всемирную славу хозяйству принесла работа Макса Шуберта, автора легендарного вина Grange, но поначалу семья занималась хозяйством самостоятельно — в том числе силами Мэри, которая сама освоила виноделие, занималась блендами и взяла на себя управление после смерти мужа.

В 1991 году иллюстратор Раймондо Ломбарди и Антонелла Таччи, работавшая в офисе, оставили шумный Милан и карьеру ради тихих холмов Ломбардии. Вместе с котами Мартой и Матильдой они переехали в коммуну Ровескала, где купили старый дом с виноградниками. Новое хозяйство назвали Martilde — в честь пушистых спутников, а первые годы посвятили восстановлению лоз (возраст некоторых достигал 90-100 лет!) и освоению ремесла. Как оказалось, не зря: их вина из местных сортов, сделанные по принципам органики и в легком современном стиле, снискали немало поклонников! Впрочем, креативное прошлое пары не ушло в небытие: на этикетках Martilde красуются рисованные кошки и другие животные, когда-либо жившие в хозяйстве.